Зорькин поддержал бессрочные антикоррупционные иски прокуратуры, приведшие к деприватизации активов

Глава Конституционного суда счёл коррупцию «конституционным деликтом» и заявил, что на антикоррупционные иски прокуратуры не должны распространяться обычные сроки исковой давности. Эти иски стали основным инструментом перераспределения крупных активов на сумму около 6,5 трлн рублей.

Коррупция как «конституционный деликт»

Председатель Конституционного суда Валерий Зорькин одобрил механизм бессрочных антикоррупционных исков прокуратуры, которые стали одним из основных инструментов перераспределения собственности в России. В своём докладе к 35‑летию суда он сослался на постановление КС от октября 2024 года, где коррупция названа «конституционным деликтом» — нарушением, угрожающим основам государственного строя.

По мнению Зорькина, на такие антикоррупционные иски не должны распространяться обычные сроки исковой давности. Стандартные трёх- и десятилетние сроки, по его словам, не учитывают скрытый характер и способность к камуфляжу коррупционных схем, поэтому возможность подачи подобных исков должна оставаться бессрочной.

Законодательные дискуссии и исключения

Это заявление прозвучало на фоне обсуждения законопроекта о предельных сроках по делам о деприватизации. После встречи президента с предпринимателями в декабре 2024 года обсуждался проект, ограничивающий исковую давность десятью годами, однако в тексте уже предусматривалась оговорка: ограничения не распространяются на антикоррупционные иски, дела об экстремизме и споры, связанные с нарушением требований к владению стратегическими предприятиями.

Последствия для собственности и примеры изъятия активов

Через подобные механизмы государству в последние годы перешли активы общей стоимостью примерно 6,5 трлн рублей. Среди примеров — макаронная фабрика «Макфа», аэропорт «Домодедово», склады Raven Russia, автосалоны «Рольф», Челябинский электрометаллургический комбинат, «Южуралзолото», зерновой трейдер «Родные поля», а также порты Мурманска, Калининграда и Петропавловска‑Камчатского.

Одним из последних крупных случаев стали активы «Русагро», принадлежавшие бывшему сенатору Вадиму Мошковичу, их оценивали более чем в 500 млрд рублей. Во многих случаях изъятия затрагивали предприятия, владельцы которых ранее сочетали бизнес с госслужбой, депутатскими мандатами или работой в окологосударственных структурах.