Александр Лукашенко изложил своё видение «большой сделки» с США, заявив, что вопрос политзаключённых и санкций, по его мнению, не является главным. Эксперты разбирают, за что именно он намерен торговаться с администрацией Дональда Трампа.
В беседе с телеведущим Риком Санчесом на российском канале RT Лукашенко подтвердил, что разговоры о «большой сделке» с США ведутся давно. Он подчеркнул, что личная встреча с Дональдом Трампом для него не самоцель: ему, по его словам, важно, чтобы контакт был не просто жестом вежливости, а серьёзно подготовленными переговорами на равных лидеров, представляющих свои страны.
О том, чего именно Лукашенко ожидает от потенциальной сделки с Вашингтоном, эксперты высказывают разные, но во многом сходные оценки.
«Политзаключённые, санкции — это мелочь»
По словам Лукашенко, прежде чем говорить о «большой сделке» между Минском и Вашингтоном, стороны должны подготовить для подписания отдельное соглашение. Он утверждает, что предстоящий визит не должен выглядеть как «встреча вассала с императором», настаивая на том, что намерен действовать как лидер, который «уважает собственный народ» и отстаивает интересы как Беларуси, так и США.
Лукашенко отвергает представление о том, что США якобы интересуются только освобождением политзаключённых в Беларуси и снятием санкций в ответ. По его словам, «политзаключённые, санкции — это мелочь», а перечень вопросов, которые он хотел бы увязать в единый пакет, гораздо шире. Именно эти более масштабные темы он относит к содержанию «большой сделки».
«Пик политической карьеры»
Бывший дипломат, глава Агентства евроатлантического сотрудничества Валерий Ковалевский считает, что поездка Лукашенко в США для полноформатных переговоров стала бы кульминацией всей его политической биографии. Никогда ранее, отмечает он, Лукашенко не встречался с действующим президентом США именно для полноценного диалога, а не в кулуарном формате.
Ковалевский напоминает, что контекст для таких переговоров крайне напряжённый: продолжается война, сохраняется угроза втягивания Беларуси в более широкое военное противостояние не только с Украиной, но и с западными странами. На этом фоне для Лукашенко, по оценке эксперта, критически важно использовать возможный визит в США, чтобы защитить собственные интересы — прежде всего сохранить личную власть, а также продемонстрировать усилия по укреплению суверенитета Беларуси.
Политолог Валерий Карбалевич добавляет, что Лукашенко интересует целый комплекс выгод: не только ослабление или отмена американских санкций, но и сделки по белорусскому калийному экспорту. Успех таких договорённостей, по его мнению, мог бы помочь Минску постепенно обходить европейские ограничения и вернуть доступ к логистике через Клайпедский порт, через который ранее шли большие объёмы белорусских удобрений. Кроме того, Лукашенко рассчитывает прорвать дипломатическую изоляцию на западном направлении и добиться своего рода политического признания со стороны западных столиц.
Историк и политический обозреватель Александр Фридман отмечает, что в возможный пакет «нормализации» могут войти возвращение посла США в Беларусь, восстановление прямого авиасообщения и запуск экономических проектов. По его оценке, Лукашенко в первую очередь интересуют инвестиции и крупные экономические инициативы, а обмен освобождения политзаключённых на отмену санкций он рассматривает как ступень к более масштабным договорённостям в экономике.
Лукашенко спешит с «большой сделкой»?
Переговоры между белорусскими властями и администрацией Дональда Трампа длятся уже больше года. За это время на свободу вышли несколько групп политзаключённых, США сняли часть ограничений с белорусских калийных удобрений, а также с авиакомпании «Белавиа», ряда банков и Минфина. При этом европейские санкции сохраняются, а договор о «большой сделке», который предполагал бы освобождение всех политзаключённых, пока не заключён.
По словам Карбалевича, непубличный характер переговоров затрудняет понимание того, кто именно тормозит процесс. Он допускает, что более решительные шаги со стороны Лукашенко в части освобождения заключённых могли бы ускорить достижение итоговых договорённостей.
Ковалевский считает, что ближайшие месяцы — критически важное окно возможностей для завершения сделки. Он связывает это с внутриполитической ситуацией в США и подготовкой к промежуточным выборам в Конгресс: когда кампания войдёт в наиболее острую фазу, у администрации Трампа будет меньше времени и внимания для белорусского досье. При этом бывший дипломат подчёркивает, что исход во многом зависит от способности Лукашенко и его окружения к компромиссам и реальным уступкам.
Фридман указывает, что Лукашенко осознаёт: диалог с Вашингтоном стал возможен потому, что его сочли потенциально полезным игроком в контексте урегулирования конфликта вокруг Украины. Но внешнеполитическая ситуация меняется столь стремительно, что любое соглашение может быть перечёркнуто новыми кризисами — от войны на Ближнем Востоке до резких изменений в отношениях США с Китаем или Россией. В такой обстановке, отмечает эксперт, расчёт на долгую паузу может оказаться ошибочным, и Лукашенко логично стремится как можно скорее зафиксировать выгодные для себя договорённости.
Ожидает ли Лукашенко гарантий от США
Карбалевич полагает, что Лукашенко хотел бы встроить в «большую сделку» и элемент личных гарантий со стороны США — страховку от сценария, при котором он повторит судьбу других лидеров, столкнувшихся с жёстким давлением Вашингтона. По мнению политолога, прецеденты в других странах показывают, что американская администрация готова к крайне решительным действиям, если считает ситуацию принципиально важной.
При этом эксперт считает вероятность того, что Лукашенко окажется в положении, похожем на венесуэльский или иранский кейс, весьма низкой, но подчёркивает, что сам белорусский лидер явно воспринимает такие сценарии болезненно и стремится их предотвратить.
Валерий Ковалевский, в свою очередь, уверен, что говорить о каких‑либо гарантиях безопасности со стороны США пока преждевременно. Он напоминает о тесной зависимости Минска от Москвы и отмечает, что именно Россия, а не США, на протяжении многих лет оставалась главным внешнеполитическим партнёром и гарантом для Лукашенко. По мнению экс‑дипломата, ожидать, что Вашингтон возьмёт на себя подобную роль уже сейчас, было бы завышенным расчётом.
Вместе с тем Ковалевский допускает, что в случае успешного заключения сделки и постепенного продвижения к нормализации отношений в отдалённой перспективе разговор о неких политических гарантиях может вернуться. Однако он подчёркивает, что Москва вряд ли готова смириться с передачей Вашингтону роли ключевого гаранта безопасности Лукашенко, что создаёт дополнительные ограничения для любых таких договорённостей.
