Южный окружной военный суд приговорил трёх фигурантов дела о несостоявшемся поджоге военкомата в Ростове‑на‑Дону к срокам от восьми до десяти лет лишения свободы.
Все осуждённые направлены в колонию строгого режима: Илья Кудинов получил 10 лет, Иван Благодатских — 9 лет, Ахмед Рамалданов — 8 лет. Первые три года каждый из них проведёт в тюрьме.
По версии следствия, молодые люди планировали забросать коктейлями Молотова здания военных комиссариатов Советского и Железнодорожного районов Ростова‑на‑Дону. Их задержали сотрудники ФСБ ещё на стадии подготовки. На момент задержания самому старшему обвиняемому было 21 год.
Свидетельница, сотрудничавшая с ФСБ
Главные показания против обвиняемых дала их знакомая, подруга Кудинова и Рамалданова. Именно она познакомила их с Благодатских и, по материалам дела, присутствовала при обсуждении планов поджога и изготовлении зажигательной смеси.
В суде девушка выступала как засекреченная свидетельница под псевдонимом «Иванова». В документах указано, что она сотрудничала с ФСБ и «действовала в рамках проводимых оперативно‑розыскных мероприятий».
Похожие приговоры по делам о поджогах военкоматов
Ранее студент из Барнаула был приговорён к 17 годам лишения свободы по похожему делу о несостоявшемся поджоге здания военного комиссариата. Ему инкриминировали покушение на теракт.
Ужесточение наказаний за поджоги гособъектов
С начала войны в Украине в России последовательно усиливают уголовную ответственность за поджоги и повреждение имущества государственных органов. Подобные эпизоды всё чаще квалифицируют как теракты или диверсии, даже если в результате поджогов не было погибших, а причинённый ущерб оценивается как незначительный.
В конце 2025 года был принят закон, ужесточающий наказание за так называемую диверсионную деятельность. Поправки к Уголовному кодексу, в частности, снижают возраст наступления уголовной ответственности за диверсии до 14 лет — по аналогии с нормами о террористических преступлениях. Также отменяются сроки давности по всем преступлениям диверсионного характера, а фигурантам дел об участии в диверсионном сообществе больше не могут назначать условные сроки.
