Топливный кризис обрушил деловую активность до уровней весны 2022 года

Индикатор бизнес‑климата (ИБК), рассчитываемый Банком России по итогам опроса 12,3 тысячи предприятий, в июне упал до −3,6 пункта против 0,9 пункта в мае. Ноль традиционно отделяет рост от спада, поэтому значение ниже нуля свидетельствует о преобладании отрицательных оценок деловой активности.

Центробанк отмечает, что в июне резко ухудшились и оценки текущей ситуации, и ожидания бизнеса — это коснулось большинства отраслей и всех групп предприятий, включая крупные, средние и малые компании. Значения ИБК и его составляющих стали худшими с апреля 2022 года.

Роль топливного кризиса

Ключевым фактором назвать падение деловой активности в Центробанке и других источниках называют топливный кризис. Атаки беспилотников на российские НПЗ привели к сокращению выпуска нефтепродуктов на 13,5% в мае, следует из данных Росстата. Это ударило по добывающей и логистической отраслям, сельскому хозяйству, торговле и ряду других секторов.

По оценке регулятора, на падение деловой активности в наибольшей степени повлияли предприятия сферы услуг, торговли, добычи полезных ископаемых и транспортировки.

Рост ценовых ожиданий и инфляция

Параллельно вернулись к росту ценовые ожидания предприятий, которые снижались в течение пяти месяцев подряд. Ожидаемый бизнесом темп роста цен увеличился с 4,3% до 5,8% в годовом выражении — в первую очередь это отражает топливную историю, отмечает экономист Егор Сусин.

С начала года инфляция составила 4,6%. Опросы и консенсус‑прогнозы аналитиков показывают ускорение ожиданий: консенсус по инфляции вырос с 5,3% до 6,2% в этом году и с 4,4% до 4,6% в следующем.

Структурные проблемы и оценки экспертов

Даже без новых шоков экономический рост оставался слабым. По оценке Минэкономразвития, в январе–мае рост ВВП составил 0,2% в годовом выражении, промышленное производство прибавило 0,4% за пять месяцев. Основной прирост сконцентрирован в военно‑промышленном комплексе и в отраслях, связанных с госзакупками и импортозамещением; в остальных гражданских секторах выпуск сокращается с середины 2024 года, отмечают аналитики Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП).

«Ради того, чтобы в ВПК продолжался хоть какой‑то рост, чиновники зажимают все остальные сектора экономики», — указывает старший научный сотрудник Института мировой экономики Петерсона Элина Рыбакова. При этом и ВПК приближается к пределу своих возможностей: глава Минпромторга Антон Алиханов признавал ограниченность ресурсов для дальнейшего роста.

Авторы доклада Kiel Institute, названного «Эндшпиль», констатируют признаки структурного истощения экономики: дефицит бюджета за полгода составил 5,7 трлн руб., а острее становится не столько нехватка денег, сколько нехватка рабочей силы, технологий и производственных мощностей. По их мнению, новые бюджетные вливания все чаще превращаются не в рост выпуска, а в инфляцию.

Перспективы и сигналы о рецессии

В ответ на ситуацию Центробанк удерживает высокую ключевую ставку. Вместе с тем опережающие индикаторы ЦМАКП сигнализируют о высокой вероятности рецессии в ближайший год; если она начнется, то, по оценкам экспертов, скорее всего продлится более года.

Источник: The Moscow Times